Назад в будущее

Назад в будущее

   Первым крупным дизайнерским достижением союза Джобса и Айва стал выход домашнего персонального компьютера iMac в мае 1998 года. Идея Джобса заключалась в том, чтобы клавиатура, монитор и системный блок были объединены в единое устройство, готовое к работе сразу же после распаковки. Компьютер должен был иметь уникальный, узнаваемый дизайн и продаваться приблизительно за 1200 долларов (в то время ни один компьютер Apple не стоил дешевле 2000 долларов). «Он сказал, что нам надо вернуться к первому Macintosh 1984 года, — вспоминал Шиллер. — Форма и содержание должны были дополнять друг друга».
   Изначально планировалось создать «сетевой компьютер» (эту концепцию продвигал глава Oracle Ларри Эллисон) — недорогой аппарат без жесткого диска, предназначенный в основном для соединения с интернетом и другими сетями. Но финансовый директор Apple Фред Андерсон настаивал, что компьютеру необходим жесткий диск — это сделает его более отказоустойчивым и позволит использовать в качестве полноценного домашнего компьютера. В итоге Джобс согласился.
   Джон Рубинштейн, ответственный за «железо», приспособил для нового компьютера микропроцессор и начинку профессионального Apple Power Mac G3. Предполагалось, что у него будет жесткий диск и отверстие для компакт-дисков — традиционный вход для дискет формата 3.5 Джобс и Рубинштейн неожиданно решили убрать. Джобс процитировал знаменитого хоккеиста Уэйна Грецки, который говорил, что «надо мчаться туда, куда летит шайба, а не туда, где она только что была». Он слегка опередил свое время — в дальнейшем большинство производителей компьютеров отказались от использования этих дискет.
   Айв и его первый заместитель Дэнни Костер принялись делать футуристические наброски. Джобс категорически отверг первые двенадцать макетов, но Айв знал, как незаметно подтолкнуть друга к решению. Он согласился, что все макеты не идеальны, но отметил, что один из них тем не менее выглядит многообещающе. Этот макет был изящным и немного забавным — ничего общего с незыблемой громадой, на веки вечные застывшей на столе.
   — Он будто только что здесь приземлился и может в любой момент упорхнуть, — сказал он Джобсу.
   К следующему показу Айв доработал «забавный» макет. На этот раз Джобс с присущей ему склонностью к крайностям восторженно заявил, что это блестящий вариант. Он таскал пенопластовый образец с собой по всему зданию и показывал только тем, кому доверял, и членам правления. В рекламе Apple всегда трубила о своей способности «думать иначе», но это был первый по-настоящему «иной» компьютер. Джобс наконец-то нашел новый путь.
   Айв и Костер предложили сделать корпус из прозрачного бирюзового пластика, который позволял видеть внутренности компьютера, — впоследствии этот цвет назвали «бондийским синим» в честь цвета воды на австралийском пляже.[16] »Мы стремились показать, что компьютер, будто хамелеон, приспосабливается к нуждам своего хозяина, — объяснял Айв. — Именно поэтому мы захотели сделать его прозрачным. Цветной корпус выглядел как-то уныло. И тут нам пришла в голову эта смелая мысль».
   Прозрачный корпус наглядно демонстрировал неразрывную связь между внешним видом и внутренним содержанием компьютера — как в метафорическом, так и в буквальном смысле. Джобс всегда настаивал, чтобы микросхемы на платах выглядели аккуратно, хоть их и не было видно. Теперь было видно все. Прозрачная оболочка позволяла оценить, с какой тщательностью были сделаны и собраны воедино все детали компьютера. «Забавный» дизайн отличался простотой и вместе с тем демонстрировал глубины, которые истинная простота всегда скрывает.
   Даже за внешней простотой пластикового корпуса таились большие сложности. Айв и его команда контролировали работу корейских изготовителей Apple и даже как-то раз отправились на фабрику по производству жевательных конфет, чтобы выяснить, как сделать прозрачную оболочку более яркой и привлекательной для покупателя. Каждый такой корпус стоил больше 60 долларов — в три раза дороже корпуса для обычного компьютера. Другие компании провели бы специальные исследования, чтобы выяснить, вырастут ли продажи компьютеров в прозрачной оболочке настолько, чтобы оправдать дополнительные расходы. Джобс не задавался этим вопросом.
   Венцом дизайна iMac стала ручка, которая располагалась вверху компьютера. Конечно, в ней было больше символического смысла, чем практического: вряд ли многие стали бы носить с места на место настольный компьютер. Позже Айв объяснял:

   Тогда люди побаивались техники, а если ты чего-то боишься, ты стараешься держаться от этого подальше. Я видел, что моя мать опасается подходить к компьютеру. И мне пришло в голову: ведь если приделать к нему ручку, он будет казаться более доступным. Более понятным. Это что-то на уровне интуиции. Ручка как бы разрешает вам прикоснуться к компьютеру. К несчастью, такая ручка, погруженная в корпус, стоила очень дорого. В прежнем Apple я бы не отстоял свою идею. Стив прекрасен — он увидел мой проект и воскликнул: круто! Мне не пришлось ничего объяснять, он сам все понял. Он сразу увидел, что ручка сделает iMac более понятным и забавным.

   Джобсу пришлось преодолеть протесты инженеров-технологов во главе с Рубинштейном: эстетическим запросам и дизайнерским фантазиям Айва тот неизменно противопоставлял соображения материального характера. «Когда мы продемонстрировали проект инженерам, они тут же привели 38 причин, по которым его нельзя было реализовать, — вспоминал Джобс. — А я говорю: нет, он должен быть реализован. Почему это, спрашивают они. Потому что я генеральный директор компании, ответил я, и считаю, что это можно сделать. И им пришлось подчиниться».
   Джобс пригласил Ли Клоу, Кена Сигала и других сотрудников рекламного агентства TBWA\Chiat\Day ознакомиться с текущими проектами Apple. Он привел их в охраняемую дизайн-студию и театральным жестом сдернул покров с прозрачного устройства в форме капли — оно как будто явилось прямиком из «Джетсонов» (этот мультсериал о будущем показывали по телевизору в 1980-е годы). На мгновение все онемели. «Мы были в шоке, — вспоминал Сигал, — но не могли говорить откровенно. На самом деле мы думали: господи, да они вообще понимают, что делают? Это безумие». Джобс попросил их придумать имя для нового компьютера. Сигал предложил ему на выбор пять имен, в числе которых было iMac. Джобсу ни одно не понравилось, поэтому через неделю Сигал показал ему другой список, добавив, что агентство все равно предпочитает iMac.
   — На этой неделе оно меня уже не так раздражает, — ответил Джобс, — но по-прежнему не нравится.
   Он попробовал нанести имя на образцы с помощью трафаретной печати и постепенно привык к нему. Так компьютер стал называться iMac.
   По мере приближения срока выпуска iMac легендарный характер Джобса все чаще проявлялся во всей красе — особенно когда возникали какие-то технические сложности. На одном из совещаний Джобс понял, что работа над проектом идет медленно. «И тут он продемонстрировал нам один из своих фирменных приступов ярости, — вспоминал Айв. — Он носился вокруг стола, проклиная всех и каждого, начиная с Рубинштейна. Мы здесь пытаемся спасти компанию, орал он, а вы ее гробите!»
   Как и в прошлый раз, когда придумывали первый Macintosh, iMac доделывали вплоть до официальной презентации, перед которой Джобса снова прорвало. Для репетиции Рубинштейн на скорую руку сделал два работающих прототипа. До этого момента ни Джобс, ни кто-либо еще не видел окончательной версии iMac. Спереди, прямо под монитором, Джобс заметил какую-то кнопку и нажал на нее. Выехал лоток для компакт-диска. «А это что за херня?!» — весьма невежливо спросил Джобс. «Мы промолчали, — вспоминал Шиллер, — поскольку Джобс, очевидно, был в курсе, что такое компакт-диск».
   Джобс бушевал. В iMac, кричал он, должен быть не лотковый, а щелевой привод — как в шикарных автомобилях. Он так рассердился, что вытолкал из зала заседания Шиллера, которому потом пришлось просить Рубинштейна встать на его защиту.
   — Стив, это именно тот дисковод, который я тебе показывал, — объяснял он.
   — Нет, это был не лоток, а щель! — настаивал Джобс.
   Рубинштейн не сдавался. Джобс не успокаивался. «Я чуть не расплакался, — вспоминал Джобс. — Было уже поздно что-то менять».
   Прогон презентации отложили, и некоторое время всем казалось, что Джобс вообще отменит запуск продукта. «Руби смотрел на меня так, словно хотел спросить: я что, с ума сошел? — рассказывал Шиллер. — Это был первый продукт, который я делал вместе со Стивом, и я впервые столкнулся с его позицией: если с устройством что-то не так, мы его не выпускаем». В конце концов было решено заменить лотковый привод на щелевой в следующей версии iMac.
   — Продукт будет выпущен только в том случае, если вы обещаете, что мы как можно скорее сделаем версию с щелью, — печально объявил Джобс.
   Кроме того, возникла проблема с роликом, который он собирался показать. В этом видео Джони Айв рассказывал о своих принципах дизайна и спрашивал: «Интересно, какой компьютер был бы у Джетсонов? Будущее наступило вчера». В этот момент демонстрировалось два фрагмента мультфильма, каждый из которых длился две секунды: Джейн Джетсон смотрит на видеоэкран, а в следующем кадре Джетсоны веселятся у наряженной елки. На репетиции помощник продюсера сказал Джобсу, что отрывки придется убрать — компания «Ханна-Барбера» не дала разрешения их использовать.
   — Оставьте, — огрызнулся Джобс.
   Помощник попытался объяснить, что это противозаконно.
   — Мне плевать, — заявил Джобс. — Мы берем.
   Фрагменты вырезать не стали.
   Ли Клоу готовил серию красочных рекламных постеров для публикации в журналах. Он отослал Джобсу сверстанные макеты, после чего тот пришел в полную ярость, поскольку оттенок синего на постерах, по мнению Джобса, не соответствовал цвету корпуса iMac на снимке, выбранном ими для рекламы.
   — Друзья, вы просто ни хера не смыслите в работе! — кричал Джобс по телефону. — Я нанимаю другого рекламщика, поэтому что это полное дерьмо!
   Клоу не сдавался и требовал сравнить цвета. У Джобса под рукой не было нужной фотографии, но он продолжал гневно настаивать, что цвета различаются. Постепенно Клоу удалось убедить его сначала взглянуть на исходный снимок. «В конце концов я доказал, что этот синий в точности такой же, как тот синий, и так далее». Несколько лет спустя на сайте Gawker был опубликован рассказ человека, который в то время работал в продуктовом магазине Whole Foods в Пало-Альто, в нескольких кварталах от дома Джобса: «Как-то раз я собирал тележки и увидел серебристый „мерседес“ на парковке для инвалидов. За рулем сидел Стив Джобс и кричал в телефон. Дело было как раз перед выходом первого iMac. Я прекрасно запомнил его слова: „Ни. Хера. Не. Синий“».
   Как и всегда, Джобс был одержим желанием подготовить безупречную презентацию. Одну из репетиций он отменил, потому что рассердился из-за CD-привода, но остальные длились бесконечно — он добивался абсолютного совершенства. Снова и снова Джобс заставлял всех прогонять кульминационный момент: он должен был пройти по сцене и воскликнуть: «Поприветствуйте новый iMac!» Он хотел, чтобы освещение идеально подчеркивало сияющую прозрачность нового корпуса. После нескольких репетиций Джобсу по-прежнему ничего не нравилось: он был маниакально озабочен освещением на сцене — Скалли столкнулся с этим еще в 1984 году, во время запуска первого Macintosh. Джобс требовал, чтобы лампы горели ярче и вспыхивали раньше, но ничего не помогало. Тогда он уселся на одно из зрительских мест в центре зала, закинул ноги на спинку впереди стоящего кресла и сказал:
   — Давайте отрабатывать этот момент, пока все не получится, как надо. О“кей?
   Свет вспыхнул снова.
   — Нет, не так.
   В следующий раз лампы зажглись достаточно ярко — но слишком поздно.
   — Сколько можно! — зарычал Джобс.
   Наконец корпус iMac вспыхнул, как это было задумано.
   — Да! Именно так! Отлично! — закричал Джобс.
   Годом раньше Джобс уволил Майка Марккулу, бывшего наставника и партнера. Но он так гордился новым компьютером и был так тронут его связью с первым Macintosh, что пригласил Марккулу в Купертино на неофициальную закрытую презентацию. Марккула был потрясен. Ему лишь не понравилась мышь, которую придумал Айв: он сказал, что мышь похожа на хоккейную шайбу и будет всех раздражать. Джобс не согласился с ним, но Марккула оказался прав. В остальном новый компьютер, как и его предшественник, был великолепен.

Комментарии запрещены.